Снежинский городской суд рассмотрел гражданское дело по иску Д. к Банку o взыскании убытков, процентов за пользование денежными средствами, компенсации морального вреда, штрафа.

Требования мотивированы тем, что 03.09.2025 по 10.09.2025 при личных визитах в отделение Банка Д., были поданы семь распоряжений на переводы общей суммой 32 319 820,0 руб., в адрес неизвестных индивидуальных предпринимателей - получателей. Операции были инициированы под влиянием обмана. Все платежи произведены при личном визите в отделение банка. Истец считает, что ответчик совершил ряд нарушений следующих установленных законом обязанностей, которые привели к возникновению убытков истца

 Истец считает, что Банк не приостановил операции, не уведомил и не запросил подтверждение/документы, хотя совокупность признаков, таких как серийность за 8 дней, новые индивидуальные предприниматели из разных регионов; дробление на крупные транши 3,9-5,0 млн, однотипные назначения, вывод почти всего остатка, прямо подпадает под признак № 3 приказа № ОД 1027 Банка России. Такие операции банк, если бы он действовал правомерно, в соответствии c Федеральным законом «О национальной платежной системе», подзаконными актами Банка России, незамедлительно бы квалифицировал как соответствующие признакам перевода денежных средств без добровольного согласия клиента (включая согласие, полученное под влиянием обмана/злоупотребления доверием)

 Как указал истец в период с 02.09.2025 по 10.09.2025 ему поступили звонки о якобы совершенных мошеннических действий перезвонили работники Росфинмониторинга и ФСБ, сообщили, что сотрудник Снежинского отделения Банка, его персональный менеджер является мошенницей, с целью спасти все свои сбережения предложили осуществить перевод денежных средств на счета Росфинмониторинга.

В результате данных звонков истца ввели в заблуждение, и убедили в необходимости перевода денежных средств, после чего он в период с 03.09.2025 по 10.09.2025, посещал отделение Банка, где, обратившись к своему персональному менеджеру лично осуществил переводы денежных средств.

 По данному факту возбужденно уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ по факту мошенничества.

 Представитель ответчика в судебном заседании исковые требования не признала в полном объеме, просила в удовлетворении иска отказать.

 По ходатайству представителя истца по делу была назначена судебная психолого-психиатрическая экспертиза, согласно заключению которой Д. каким-либо хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психики до совершения в отношении него противоправных действий, в момент совершения в отношении него противоправных действий не страдал и не страдает в настоящее время. В юридически значимый период находился под влиянием психологического воздействия со стороны третьих лиц. Его индивидуально-психологические и возрастные особенности, а также состояние эмоционального напряжения, в котором в юридически значимый период он находился, существенно ограничивали его способность понимать характер (он понимал внешний, формальный-финансовый характер) и значение (было искажено и трактовалось в контексте иллюзорной реальности), что определило его невозможность отказывать сопротивление

 Таким образом, суд пришел к выводу, о недоказанности истцом факта совершения им неоднократных, на протяжении длительного времени, спорных переводов под влиянием обмана, существенного заблуждения либо перевод денежных средств в состоянии, при котором он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими.

 Ссылка стороны истца на то, что Д. находился под постоянным воздействием мошенников, то есть находился в состоянии заблуждения, подлежит отклонению поскольку из пояснений самого же истца, его супруги следует, что в период нахождения в отделении Банка и оформления переводов истец общался только с сотрудником Банка, то есть не находился под воздействием третьих лиц и осознанно каждый раз принимал решение по осуществлению денежных переводов в счет оплаты по выставленным ему счетам.

Самостоятельное возобновление истцом общения с мошенниками после выхода из отделения Банка и вновь оказанное на него воздействие, не может нарушать права Банка и свидетельствовать о необоснованном переводе денежных средств, поскольку по общему правилу Банк не вправе контролировать использование собственником принадлежащих ему денежных средств.

Полагая, что его личный менеджер банка является мошенницей, Д. не потребовал её замены, не сообщил об указанной информации в службу безопасности банка или в правоохранительные органы, наоборот обращался именно к ней осуществляя платежи, что не свидетельствует о его добросовестном поведении.

 В свою очередь по мнению суда Банком при оформлении оспариваемых операций предприняты все необходимые меры для того, чтобы удостоверить как личность истца, так и его действительное волеизъявление.

Согласно имеющихся в деле документам, суд отметил и то, что при распоряжении денежными средствами истец не проявил должной осмотрительности и осторожности.

При этом, для наступления гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков необходимо наличие следующих условий: факт нарушения ответчиком обязательств, наличие и размер понесенных убытков, причинно-следственная связь между допущенным нарушением и возникшими у истца убытками.

Отсутствие хотя бы одного из указанных условий является основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

В ходе рассмотрения дела истцом не представлено доказательств, подтверждающих совершение в отношении него ответчиком неправомерных действий, в результате которых возникли неблагоприятные последствия в виде незаконного перевода денежных средств.

 Суд пришел к выводу о том, что ответчиком не были нарушены условия договора, спорные операции исполнены Банком при наличии надлежащих распоряжений клиента осуществленных лично в офисе Банка, при этом Банк не имел оснований для отказа в проведении оспариваемых операций.  Таким образом в удовлетворении исковых требований Д. о взыскании с Банка убытков в размере 32 419 820,0 руб., отказано.

 Решение в законную силу не вступило.